Шельфовые ледники
дневник заведен 15-04-2003
постоянные читатели [15]
cons, Demure, dengerouzz, finnal27, Holi, Kvazi, Monkhermit, platuss, Wohltat, yappi, Букля_, ненастье, ПАРАД УРОДОВ, Скромняга-2, Табачный капитан
закладки:
цитатник:
дневник:

в комментариях
[8] 17-06-2004 11:32
Выбор девушки...

[Print]
Шельфовые ледники
Пятница, 18 Апреля 2003 г.
19:02 Один день из жизни НР...
Встал, блядь, утром. Злой, блядь, нахуй. Изо рта вонь, блядь, пиздец. Злой, блядь, охуительно, нахуй. Оделся, голову, блядь, мыть не стал, ну ее нахуй и так почти лысая, нахуй. Выхожу, блядь, из квартиры, спускаюсь в гараж, подземный, ебенть. Звоню охраннику, нахуй. Один гудок, блядь. Второй гудок, блядь. Третий гудок, блядь. Мудак, блядь. Четвертый гудок, ебаный в рот. Тут берет, скотина, трубку. Ору ему, блядь, злой охуительно, не выспался нихуя. Ору, блядь, открывай второй подъезд, сука, блядь, ебать тебя в жопу костылем, хуесосная морда! Прибежал, ебенть. Ссыт, бля, охуительно. Еле дышит. Бежал значит. Сажусь в свой Брабус, хуябус ебенть. Гелендеваген, нахуй. Блядь. Вставляю ключ, нахуй, злой, блядь, до сих пор, нахуй. Пиздец просто какой-то. Включаю - пр-пр-пр - хуй. Не, ты, блядь, прикинь, ебаный в рот? Брабус! Бля буду! Новый, блядь! G 5.8,блядь. Пр-пр-пр и все нахуй! Нормально? У меня блядь остатки волос нахуй как ветром сдуло. Глаза, блядь, на лобок слезли, нахуй. Жопа вздымилась вся, на хуй. Пиздец, блядь, нахуй, ебаный в рот... Поставил коробку-пулемет на режим "N", нейтралка по-нашему, ебаный в рот. Кручу еще раз, и подгазовываю, как лох блядь, ведь знаю, педаль газа электронная нахуй, куда я жму-то? Себе нахуй жму-то, ебать всех копытом. Пр-пр-пр, короче, и завелся. Ну, я блядь, выезжаю, сразу на сервис звоню. Ору им - что ж нахуй, если это он у меня в теплом гараже так не заводился, чё ща зимой-то будет? Я в него, сука, 98 Super-Drupoer-БляйФряй заливаю по дохуя денег за литр на БритишПатролиум. Что, блядь, зря, нахуй? Хули он не заводится, хуябус блядь ебучий. Они меня успокаивают, хуйня - свечи поменяем - все заебцом будет. Приезжаю, нахуй, на сервис. Проверяют, все нахуй. Я злой охуительно, сижу, кофе пью. В потолок плююсь. Вокруг хачики какие-то на старых стосороковых белых с "01" зоны, Адыги ебенть. Пизженые у всех, блядь, автомобили, сука. Сижу, уже, блядь, 10 чашка пошла, уже сожрал десерт. Еще чего-то сожрал. Сижу. Ко мне мастер прибегает - говорит, все свечи менять? Я на него как дебил, сука, смотрю, говорю, ты чо дурак чтоль? Конечно, все давай новые. Он говорит - они дорогие просто. Я говорю, ну как дорогие? Он говорит - 20 грин штука, они с какими-то платиновыми хуйнями, бля. На новые двигатели V8 теперь такие ставят, нахуй. Я говорю - ну что делать - хуярь давай. Посчитал, 8 цилиндров, по 20 грин, значит 160 грин. Ну думаю с работой будет 200, кричу мастеру - колеса мне перебалансируйте, думаю, хуйня 300 грин - уже распрощался. Зато колеса отбалансируют, свечи новые - все равно скоро менять. Ну хуйня, сижу, блядь, пью нахуй, кофе. Глаза постепенно от кофе с лобка на затылок перемещаются, нахуй. Через час, короче, счет приносят, говорят - готово все, нахуй, уебывай отсюда. Лаве гони, типа, и нахуй...Давай...Смотрю счет - охуеть, 500 долларов. Я говорю, за что нахуй? За колеса и за свечи? Он говорит - 8 цилиндров, по две свечи - 320$, плюс работа, плюс колеса. Я думаю, вот, сука, не зря, пидор, он меня спрашивал - все ли мне свечи менять. Скотина такая. Ну хуйня, 500 долларов, попал, отдал лаве, поехал в офис. Еду злой охуительно, ору всем в рупор, чтобы пропускали, пержу им, сирену включаю, мчусь, даже настроение поднялось. Выхожу из офиса, дождь - нахуй, снег даже, ебенть. Мать его в жопу, мразь, блядь, ебаная. Завожу - нихуя. С третьего раза. 500$ отдал, и нихуя. Пиздец. Звоню - говорят - давай завтра на целый день нам машину и уебывай. Так завтра и сделал. Отдал машину. Приехал вечером - промыли бензоносос, все заработало. Денег не взяли. Знаете, почему не взяли? День другой. Вчера бы взяли - злой день был, а сегодня добрый день - не взяли. Весь мир, на хуй, построен на злых и добрых днях. Но злых дней обычно больше, иначе бы люди слишком долго жили...
18:52 Это Наташа...
Больше всего ему нравилось, что она звонит сама.
"Это Наташа". В трубке ее голос всегда казался каким-то раздражающе высоким, почти детским. Иногда ему хотелось поддразнить ее, и он спрашивал: "Какая Наташа?" Она обиженно молчала, и ему тут же становилось ее жаль. "Не дуйся, узнал. - Он старался, чтобы по голосу чувствовалось, что он улыбается. Не радуется, а именно улыбается. -- Узнал, конечно. Приехать хочешь? А зачем?" Тут она окончательно замолкала, в трубке слышалось только ее дыхание, оно как будто обжигало ему ухо. От уха этот воображаемый жар полз по щекам, шее, спускался ниже по позвоночнику и через желудок в низ живота, тут он чувствовал, что жар уже самый настоящий, переходящий почему-то в озноб, и что его опять трясет. "Ну, скажи, скажи", -- беззвучно просил он, и она говорила: "Трахаться хочу".
Это "трахаться" он ненавидел. "Глупое слово, мертвое, ну как ты сама не слышишь? - потом всегда возмущался он. -- Скажи: "Ебаться". Ну что ты как маленькая? Ты, блин, филолог, или где?"
Он давно приучил ее к слову "ебаться", но говорила она так только когда они, собственно, ебались. А по телефону только так: "Трахаться". Плевать, пусть говорит, что хочет, ведь позвонила же, опять позвонила, сама, госсподи, девочка моя, умничка моя, опять позвонила, и приедет, к нему приедет. Опять сама, еще полчаса, и будет здесь, блин, столько всего успеть надо, и успокоиться, главное - это успокоиться.
Он звонил жене: "Ну, как ты? Не дергай меня, мне еще поработать надо. Тебя когда домой ждать?". Шел в душ, долго тер себя мочалкой, бормотал что-то про неврозы и манию - ему все время казалось, что от него пахнет, плохо, старостью. Какая старость? Сорок семь, какая еще старость? Стоит, как в двадцать не стояло, мужик, уважаю, да мы с тобой ого-го… А стоит от ее голоса, от раздражающего "трахаться", от мыслей о ее молодом, глупом теле и запахе, который будет еще долго мерещиться по ночам, отчего придется будить жену. И ебать… Нет, все-таки трахать. Жену - трахать. Есть разница. Только полный идиот ее не чувствует.
Она звонила в двери, он затаскивал ее в квартиру. "Да ну, бросай все, пошли, пошли"… Торопливо помогал раздеться. Она всегда пыталась что-то сказать: "Я твои книги привезла… Ты мне дай еще…", он начинал злиться: "Потом, все потом", наконец, она оказывалась голая посреди комнаты, он тянул ее на пол, на расстеленный плед, входил в нее, без презерватива: "Не бойся, я успею выйти"…
"Дома", -- выдыхала она. Каждый раз одно и то же: "Дома". Кто "дома", что "дома"? Он не понимал, пока не начинал двигаться в ней, чувствовал, как привычно стенки влагалища сжимают его хуй, какая она горячая внутри, почти обжигающая, и жар опять полз по его телу, совершая обратную прогулку - по позвоночнику вверх, по шее, по щекам, заползал через ухо в черепную коробку, и голова кружилась… "Дома", -- выдыхал он. Смешно и странно, как будто они шли сквозь снег, мерзли, одновременно подошли к входу, потянулись к дверной ручке… "Дома"… Хотя дом - не их, передохнуть, согреться и разойтись. Каждый - в свою сторону.
Его всегда удивляло, что она с первой минуты оказывалась готова, вся такая мокрая… "Ты что, в машине возбуждаешься? А о чем ты думаешь, когда ко мне едешь? А как ты понимаешь, что хочешь?" Она что-то бормотала в ответ, отшучивалась, начинала злиться, наконец, не выдерживала: "Пошел на хуй!" "Опа, можешь! Скажи: "Хочу ебаться""
"Еби меня!" -- она орала это, во весь голос, где-то через полчаса, и это "еби" заводило, он старался, снова менял позу. Она послушно ложилась так, как он говорил, и через секунду все начиналось заново, и не заканчивалось… И он уже был благодарен, что ему сорок семь, и что головка не такая чувствительная, и он может долго не кончать, да, не мальчик, но муж… Голова плыла, жар не отпускал, он начинал дышать глубоко и ровно, в ритм, и в ритм же шептал: "Хочешь? Нравится? Нравится, когда ебут?" Она орала: "Еби!", и он вспоминал, что надо бы прикрыть ей ладонью рот, соседи опять услышат, и будут странно смотреть на него, и сочувственно - на жену… Плевать, ори, девочка моя…
Она кончала, он чувствовал, как смазка течет по стенкам влагалища, именно течет, хуй купается в этой смазке, горячей и вязкой, а влагалище начинает ритмично сжиматься, она сгибает колени, конвульсивно перебирает ногами…
Она кончала на выдохе, с протяжным стоном, слезы текли из-под прикрытых век, она их не вытирала, отталкивала его, поворачивалась спиной, сжимала колени, дрожала всем телом… Он с силой разворачивал ее к себе, ему нравилось смотреть, как она плачет, как морщится ее рот, ему нравилось чувствовать, как она одновременно отталкивает его руками и прижимается к нему всем телом.
Он торопливо, пока слезы еще текут, поднимался, ставил ее перед собой на колени, водил пальцем по губам, потом -- хуем, пахнущим ее же смазкой… Она послушно приоткрывала губы, проводила по головке языком, захватывала хуй ртом как можно глубже, начинала слегка посасывать, опять проводила языком. Слезы продолжали течь, и это возбуждало его еще больше.
Его возбуждала эта странная смесь покорности, почти безразличия, с которыми она принимала любую позу, ничего не предлагая сама, и этого влажного жара внутри нее, этой страстности, похожей на огонь, тлеющий под слоем золы. У него на даче был камин, как-то дочь, решив, что еще не разжигали, попыталась вытащить голыми руками уголек… Часто ему казалось, что если какой-то случайный порыв ветра сдует золу, он сгорит в этом огне, просто сгорит, или пойдут волдыри по телу, нет - по душе, и его больше не будет, а пока - все хорошо, она рядом с ним, он - в ней, ему влажно и тепло…
Он кончал, она глотала, жадно и торопливо, он знал, что ей нравится вкус его спермы, как нравился собственный запах. Однажды, когда она уже почти кончила, он вытащил хуй и засунул во влагалище пальцы, и потом она с кошачьим урчанием вылизала ему всю ладонь - палец за пальцем… С таким же урчанием она вылизывала хуй, яйца, подбиралась языком к анусу… У него опять начинала кружиться голова, и сердце колотилось, он останавливал ее, все, пора, скоро вернется жена…
Она просилась в душ, потом быстро одевалась, подкрашивала губы перед зеркалом в прихожей, как будто рисовала на лице маску. Театр кабуки. Он опять тащил ее в комнату, просил поцеловать хуй, пососать еще немного, хоть пятнадцать минут, да, не успеем, плевать, соси, девочка моя, как ты сосешь… Она слегка морщилась, но послушно опускалась на колени, и опять загоралась, и он знал, что трусы у нее мокрые, он чувствовал ее запах, и знал, что будет чувствовать его еще долго, а жена будет удивляться, не понимать, что с ним опять творится, и злиться: "Мне завтра на работу… Ты-то выспишься…"
И так еще несколько недель, может, месяц, а потом запах уйдет, и останется только беспокойно ворочаться по ночам, не понимая, что не так, и курить, и смотреть на ее телефон в записной книжке, и не звонить, и что-то у кого-то просить, госсподи, ждать, что в трубке опять прозвучит "это Наташа", этот раздражающе высокий голос.
18:49 Рабочий день...
Чёрный в тонкую полосу костюм, белый воротничёк рубашки, кожаный дипломат... Мужчина вышел из парадной и направился в сторону автостоянки. Маленькая девочка с синим бантиком, проходя мимо задела его школьным ранцем. "Ёп тваю!" - подумал мужчина, потирая ушибленную руку - "Что там у неё? Кирпичи чтоли?!"
Раздался телефонный звонок, мужчина достал трубку:
- Да!
- Сергей, привет!
- Здоров, Игорёк! Как дела? В чём трудности? Какого чёрта?
- Колымага моя загнулась, захвати меня по пути.
- Игорёк, я в офис не еду, только после обеда буду, так что пиздуй на трамвайчике.
- Ясно... Ладно... Будь...

"Сука блять нахуй!" - вздохнул Игорёк, закурил и пошёл в сторону трамвайной остановки. "Бля! А какой мне трамвай-то нужен?!"
- Бабуля, а на каком мне до "Гагирина" доехать?
- Дак вот же ж он идёт - на нём и езжай!
- А... Ну спасибо, бабуль, не хворай!
- И тебе, сынок, того же!
Игорь залез в грязный, трамвай, с рекламой "Несткафе" на борту. "Ну и громыхалка, бля! Гроб на колёсах!" - в институтские годы Игорь ездил на трамваях, но тогда они были в гораздо лучшем состоянии - "Не, нахуй! Сегодня отпрашусь и поеду чинить тачку!"
- Дяденька, садитесь пожалуйста - маленькая девочка с ранцем за спиной и синим бантиком уступала ему место.
- Да сиди, сиди девочка - Игорь погладил её по голове - я не устал, просто с женой поругался...
- Садитесь, дяденька, я сейчас выхожу.

Девочка вышла из трамвая и побрела по тратуару, что-то весело напевая себе под нос, облизывалась, проходя мимо лотков с мороженым и останавливалась возле галантерейщиков, подолгу рассматривая разные бусики и фенечки. Посмотрев, на розовые пластмассовые часики, она ойкнула и побежала в сторону дороги. Выскочила на дорогу. Раздался визг тормозов. Из блестящей "Сааб" вылетел плотный мужчина:
- Ну куда ж ты лезешь! Ослепла чтоли?!
Девочка заплакала.
- Ну ладно... Ладно... Не плач. Хочешь жевачку?
- Хочу - девочка уже с неподдельным интересом наблюдала, как мужчина доставал из кармана "Орбит".
- На вот... - мужчина протянул девочке упаковку - И не бегай по дорогам никогда!
- Спасибо! - девочка улыбнулась и осторожно перейдя дорогу, побежала бегом.

"Да не за что..." - мужчина проводил девочку взглядом, сунул в рот сигарету и сел в машину. Проехав пару километров он припарковался возле входа в современное, красивое здание.
- Здравствуйте, Пётр Семёнович! - охранник открыл перед ним дверь.
- Здравствуй, Николай! Как смена?
- Да вашими молитвами...
- Что это у тебя вид такой потрёпаный?
- Да вот... Новый костюм всё не могу купить...
- Я же говорил недавно... Скоро подниму оклад. Всем. Не переживай.
- Было бы неплохо, Пётр Семёнович!
- Ладно... Работай давай! Вон смотри пацаны у машин крутятся!

Пётр Семёнович зашёл в свой кабинет, на столе лежала объёмная стопка бумаг, которые необходимо было изучить сегодня...

Оторвавшись от бумаг, Пётр Семёнович поднял глаза на часы и с удивлением обнаружил, что уже вечер и пора ехать в бассейн, а потом и домой.
"Олечка, сделай мне кофе" - пробурчал он в селектор, потянулся и откинулся на спину кресла. Через несколько минут Олечка принесла кофе:
- Что-то вы сегодня даже не заглянули к нам?!
- Да вот, Олечка, работы навалилось, новые партнёры - новые проблемы...
Секретарша подошла к боссу и отточенными движениями стянула с него брюки... Мужчина зарылся пальцами в её волосах и замычал...

Оля приводила себя в порядок у зеркала:
- Пётр Семёнович, представляете, домовладелец мне повысил аренду! Не знаю, что и делать?!
- Ну вот... Вы что сговорились все сегодня?!
- ???
- Николай плачет, денег хочет! Ты вот теперь...
Шеф нажал кнопку селектора:
- Валентина Борисовна, подготовьте к завтрему указ о повышении оклада нашим старым работникам на двадцать процентов.

Очень довольная Ольга вышла из кабинета босса, взяла сумочку и выскочила из офиса. Через два часа она уже была дома в новой причёске и с несколькими пакетами покупок.

Щёлкнул замок на входной двери, Ольга выскочила в прихожую:
- Привет, Серёжа!
- Привет, милая! Что такая довольная, расфуфырилась?!
- А вот...
- Мы сегодня дома ужинаем или в бистро?
- Мы сегодня идём в ресторан!
- Ух ты! А что за праздник?!
- Мне шеф повысил зарплату!
- А! Ну тогда конечно идём!

Они вышли из дома, сели в машину и подъехали к итальянскому ресторану. Заняв столик возле окна, с видом на проспект, они сделали заказ. Внезапно за окном раздался визг тормозов, звук автомобильного сигнала. Все повернулись к окну. Крик! Глухой удар!

На проезжей части возле остановившейся машины лежала девочка. Из машины вышел седой мужчина, подошёл к девочке и сел рядом на асфальт. Синий бантик на голове девочки пропитался кровью. Пётр Семёнович взял из руки девочки упаковку жевательной резинки "Орбит" и заплакал.
Среда, 16 Апреля 2003 г.
17:52 Наука и Искусcтво
Сука! Как ты меня заебала со своей химией! Ходишь-ходишь по классу, чего то объясняешь. Ротик открывается-закрывается. Грудь встаёт дыбом с каждым твоим шагом. Твои соски! Я вижу их перед глазами, они так крикливо выделяются на твоей плотно обтягивающей блузке! Старая блядь!!!Я уверен что дома ты дрочишь свою прогнившую пизду и думаешь о ком то из нас! Ишь юбочку какую нацепила, шлюха! Небось без трусиков сегодня, а? Не отвечаешь. Гордую девственницу из себя корчишь.
Ненавижу тебя, блядюга! Видишь вон ту палку? Да нет, та что побольше! Щас Я вставлю её в твой вонючий анус! Я уверен что тебе понравится. Представь что я тебя в натуре ебу. Тварь! Встань раком и раздвинь свои сексапильные ягодицы. Делай что сказано, не зли меня старуха! Тебе же хуже будет! Мне всё равно что смотреть - как палка раздирает твою старую задницу или вышибает мозги из твоей бездарной учительской башки! Я ебал всю твою органику своим органом!!! Старая шлюха!!! Мне не нужна химия, Я выше её. Я свободний поэт! Поэт, который разорвёт твой анус на части в припадке справедливой мести! Ты отравила лучшие годы в моей жизни, сделав меня моральным уродом. Но всё уже позади, Я контролирую ситуацию. На,тварь, получи! Ну, что? Согласись, что Я умею переубеждать! Ну, у каждого свой способ переубеждения. Вот ты например не сможешь меня убедить в том, что ты невинная девушка. Ты же старая блядь!!! Да у тебя на глазах написано: ВЫЕБИ МЕНЯ!!!!
Хоть что то ты поняла своими куриными мозгами.
Так уже лучше! Я же говорил что ты без трусиков! А знаешь у тебя попка - ничего...
Была бы ты лет на 10 помоложе - может я бы тебя и трахнул. А щас это уже антиквариат какой то. Кстати, извини за бестактный вопрос, но сколько тебе лет? 40??? Я больше 30ти не дал бы! Ей-богу! Да не за что. Я всегда был джентльменом! Ну, что? Готова к торжественному открытию? Мы сейчас проведём с тобой научный опыт и запишем все результаты и соответствующие выводы. Мы проверим две реакции:1) деревянная палка в прикосновении с твоим говном. 2) Палка опущенная в кислоту в прикосновении с тем же говном. Мы посмотрим насколько отличаются две эти реакции и поразмышляем о причине их разницы. Что? Второй опыт взрывоопасный? Делать нечего - Я человек искусства, а искусство требует жертв! Цель опыта? Слушай, всё-таки что то ещё двигается в твоем кочане. Недооценил тебя, врать не стану! О цели я правда как то не подумал... А цель довольно банальная! Вывернуть твоё ржавое дупло наизнанку. Ну, что? Загружена до предела? Поверь мне, что когда Я отформатирую вот этой кувалдой твой склерозный хард-диск в башке - места будет хоть усрись! Ну, что? Приступим?
Так...потихоньку... как говорится: тише едешь-глубже будешь. Против народной мудрости не попрёшь. А куда ты спешишь то? Дети подождут, а наука ждать не может! Пусть подышат свежим воздухом вместо того чтобы смотреть за твоими вываливающимися сиськами! Всё? До предела дошла палкочка-выручалочка? На лёгкие давит? Так - запишем... Острая боль в заднем проходе? Интересно почему, а? Мда... Всё-таки наука вещь сложная и часто необъяснимая! Ты полагаешь, что причина острой боли от того что Я засунул в твой анус бревно? Вынужден с тобой не согласиться, так как к 40-ка годам у такой шлюхи как ты - дупло должно быть разработано. Чего ты мотаешь головой? Ты не шлюха или твоё дупло не разработано? Видишь, ты сама не заметив этого, призналась что ты шлюха! А дупло - дело поправимое! Как говорят китайцы - туда-сюда-обратно.
Ну что- боль стихла? Привыкаешь уже? Ты знаешь, меня это зрелище возбудило! Чуть не вошёл в тебя! Но наука выше, чем позывы плоти.
Я думаю, что первая реакция завершена с успехом. Вывод: Опыт доказал мою гипотезу о том, что ты старая блядь. С этой точки мы будем рассматривать это как аксиому, а не предположение. Теперь мы подходим наиболее интересной и опасной части нашего великого опыта! Где банка с кислотой? Во... БЛЯДЬ!!!! Да чего ты орёшь??? Чего ты суетишся??? Отдохни, тварюга!!! Ещё дать или хватит??? Истеричка!
У тебя нету научного подхода к вещам! Эгоистка! Вместо того что бы думать о мировой науке, ты думаешь о своём разодраном сфинкстере. Люди до тебя шли на большие жертвы ради науки. Взять хотя бы человека невидимку, о котором вспоминает его друг Герберт Уэллс. А ты ничтожество! На, скотина! Получи по твоей уродливой пизде! Понравилось? На ещё!!!
Ну, что? Ты поняла свою ошибку? Готова продолжать опыт? Ну вот и хорошо! Что то в тебе всё-таки есть! Пока не знаю что это...Главное спокойствие, только спокойствие, как когда то говорил Карлсон. Думай о том, что ты совершаешь подвиг. Готова? Ништяк!
Ну не ори ты так! Я уже понял что тебе больно. Ну заебала ты со своими криками!
Всё. Опыт окончен. Выводы ёще раз подтвердили что ты блядище, а также открыли нам новые факты. Ты оказывыется скандалистка, истеричка и эгоистка! Ты недостойна жизни! Умри с позором!!!
17:23 Алкогольный Апокалипсис (Рассказы про Князева)
Князев проснулся рано: похмельная бессоница опять заворочалась в нем, вытащила из постели, поставила на ноги, отвела в туалет, заставила закурить, вздохнуть, пёрнуть и сидеть у окна, неизвестно зачем дожидаясь рассвета. Рассвет наступил, и не принес с собой ничего нового и уж тем более хорошего. Единственным разнообразием стал разве что бегущий по безлюдной улице носорог. Маленький, размером с большую свинью, но с солидным, угрожающе задранным рогом. Князев знал, что носорог - галлюцинация, но легче от этого не было. Животное завернуло за угол его дома, через мгновение в подъезде послышался громкий стук копыт, а следом раздались гулкие удары в дверь князевской квартиры...
Данное происшествие - на самом деле лишь послесловие к одному из самых, не спиздеть, эпохальных эпизодов князевской жизни. Впрочем - то был эпохальный момент в жизни подавляющего большинства колымских алкашей, молодых, старых и вообще младенцев. А именно - в поселке вдруг исчезла водка. Вообще. Напрочь. Вдребезги. К ебеням. Если вдаваться в подробности и устраивать журналистское расследование - это был мудрый креатив местного алкогольного магната. Год на дворе стоял 1997-й или что-то около, водку в местные ларьки везли все, кому не лень. Магната это заебло: в один прекрасный день силовым методом, то есть - пиздя, пизжа, отпиздивая и даже вовсе убивая конкурентов, магнат все эти мелкие подачи разом прекратил. С тем, чтобы через несколько дней обрушить в глотки ко всему привыкших колымчан, которые в свое время жрали солидол под видом американского мёда, запивая это дело союзнической же йодной настойкой (от последней по еблу тянулись синие пятна. Возможно, именно здесь таятся лингвистические корни славного слова синявка. Хотя...) так вот - обрушить в их пересохшие глотки тонны опять же американского пойла. Гигантскую партию которого магнат выиграл в карты во время визита к зёме, корифану и подельнику, проживающему в Анкоридже, штат Аляска.
Но человек предполагает, а погода располагает. То был март. А колымский март - это ни хуя не апрель, и уж тем более не май. Закружило-завьюжило, фуры с американской отравой застряли на трассе, шоферюги с горя начали глушить ценный груз, радостно горланя на всю тайгу "и только саммалеооотом можна долететь!!!". А горняцкий поселок на десять тысяч жителей, в котором Князев имел глупость родиться и проживать, впал в полное охуение от происходящего. Еще бы: исчезло то, что было блядь нахуй всегда, всегда, всегда. Короче, к оружию, братья, иначе следом за этой напастью из-за сопок появятся бомбардировщики, потому что это пиздец.
Следует заметить, что магнат рисковал, но не сильно. Вот если бы он затеял свою операцию осенью - тогда реальный пиздец пришел бы его магнатству, да и жизни тоже. Потому что когда по осени из лесов вылезут старатели, никакого оружия, чтобы угандошить того, кто посмел и покусился, им не потребуется - задавят голыми мозолистыми руками. Если отхуярившего сезон старателя лишить водки
- всё окружающее почти мгновенно лишится всего, мир исчезнет, взорвется, рухнет, лопнет, и придет ему настоящая и окончательная пизда.
Так размышлял Князев, бредя от магазина к магазину, от ларька к ларьку, задавая продавцам один и тот же, в конец уже заебавший их, продавцов, вопрос - "где?" Самые остроумные отвечали "в пизде", прочие в подробности не вдавались: нету. Как так? - размышлял Князев. А так как он вообще был склонен к размышлениям разного рода, и обычно далеко в этих размышлениях заходил, то выводы у него рожались самые что ни на есть хуинные. Типа: Апокалипсис. Или: Инопланетяне. Или того хуже: Эксперимент по глобальному отрезвлению нации, который ебаное правительство решило провести для начала на его, князевской, территории.
С одной стороны и хуй бы с ним, думал Князев. Нет водки
- можно хуярить анашу и пить "Анапу". Анаша на Колыме была нехуевая, потому что в данной местности не произрастала, и ее привозили из южных республик южные барыги. Деньгам они предпочитали драгоценный металл (из которого, сильно подозревал Князев, в последствии куется оружие чеченского пролетариата), но и деньги брали охотно. Однако как раз в этот злополучный период анаша что-то везде позаканчивалась, и хотя пурга и вьюга уже прекратились, путь в поселок преграждали фуры с американским алкоголем, в недрах которых опившиеся шоферюги и присоединившиеся к ним егеря, сотрудники метеостанции, геологи, дорожные рабочие и даже, кажется, медведи и лоси хором исполняли песню про Колымскую трассу, которая Магадана душа. То есть с анашой так же был облом. Так же, впрочем, как и со всеми другими поставками.
А что касается "Анапы", то тут Князева подвели принципы и склонность к размышлению и анализу. Ведь с другой стороны, думал он, как можно сидеть и хуярить спокойно "Анапу", когда налицо реальный заговор против
человечества? И продолжал поиски. А когда на второй день решил таки взбодрить себя хоть уж вином, облом приключился и здесь: ебучие алкоголики, почуяв беду, скупили всю "Анапу", и весь "Агдам", и все "Три семерки", и уже приканчивали остатки шампанского, попутно утаскивая в свои берлоги ящики с "Беломором". Они поняли, что блокада обещается нехуевая, и решили быть наготове.
Так прошло почти уже три дня, и под вечер третьего, когда трезвость достигла такой степени, что охуение по этому поводу начало сменяться отчаяньем, Князев нашел. Отказывающийся уже соображать мозг, выдал таки подсказку: ищи Сидора, Князев, ищи Сидора.
Сидор был младше Князева на пару лет, но по алкогольному стажу значительно мудрее, так как был алкоголиком в третьем поколении. Обладал незаурядным умом с филолого-лингвистическим уклоном. Размышлял, например, так: "ЫЫЫЫЫ, а отчего эта ногти на руках называются ногти? Про те, что на ногах - да, справедливо, а на руках должны быть рукти, по логике если. А у зверей лапы - значит у них лапти...". Без водки он не мог мыслить, а следовательно - существовать.
Сидору, между тем, повезло: о блокаде он ни хуя не слыхал, потому как пятый день находился в сосредоточенном запое. Причиной запоя стала сидоровская старшая сестра, по беспечности оставившая братцу ключи от квартиры, а сама уехавшая погостить к ебарю, проживающему в Анкоридже, штат Аляска. Не прошло и десяти минут после отъезда сестры, как Сидор отправился к ней поливать цветочки. Дура сестра алкоголя не употребляла, боясь плохой наследственности, зато коллекционировала заморские бутылки, щедро поставляемые ей её зарубежным хуем. Нередко она спасала брата от утренней смерти, но больше ста грамм враз не наливала, жадная сука, никогда. Сидор планировал за всю хуйню отвести душу - и не прогадал.
Когда Князев, излазивший в поисках Сидора все притоны, конспиративные квартиры и теплотрассы, вспомнил, наконец, про сестру, коллекция сестринского пойла стала меньше уже на две трети. Сидор обрадовался товарищу, так как заебся уже пить один: сестринские попугаи быстро сдохли от передозировки, а кошку он выкинул в окно, чтоб не отвлекала от мыслей своими дурацкими мяу-мяу. Князеву был немедленно налит стакан, который тот немедленно опорожнил, зажрав сухим кошачьим кормом
- больше из продуктов ничего не оставалась.
После этого Сидор предложил продолжить пиршество в князевской квартире. "А то мы тут все загадим, а Светке потом убирать". Князев возразил, что гадить, собственно, уже и негде - Сидор обладал способностью уникально быстро превращать в вонючие трущобы любое жилое помещение, вот и сейчас он успел наблевать в аквариум со сдохшими по такому поводу рыбами, заплевать весь пол и зачем-то насрать на угол ковра. "И потом, здесь хоть закуска есть, телевизор, а у меня вообще ни хуя". "Закуску с собой возьмем, а телевизор один хер не работает, я тут было в него нассал, и он сломался. А меня гляди, как контузило", - Сидор растегнул штаны и продемонстрировал почерневший от электрошока орган. "Зачем ссал-то?" - полюбопытствовал сочуственно Князев. "Я чего они хуйню всякую показывают. А теперь вот не стоит ни хера. Дрочил, дрочил..."
Они выпили еще по стакану за половое здоровье Сидора, насыпали в карманы сухого корма, выпили еще - на дорожку, загрузились двумя двухлитровыми бутылками джина "Маккормик" (отвратительного пойла из Анкориджа, штат Аляска, тонны литров которого в это же самое время, булькая, держали путь к пищеводам застрявших на Колымском тракте шоферов, а так же старателей, геологов, бурильщиков, егерей, медведей, лосей, зайцев и полярных сусликов) и отправились в путь. По дороге Сидор пел песню про шапку-нивидимку, которую он обязательно натянет на свой черный хер и отъебет всех сказочных героев, что попадутся на его пути. Князеву стало весело, он понял - сумасшествие миновало, мир уцелел. Потом Сидор зацепил какого-то трезвого мужика, получил неслабых пиздячек, и его пришлось нести на себе. Сидор помогал как мог: волочил по земле ногами и вопил Князеву в ухо: "брось меня, брат! Уходи один! Иначе погибнем оба!" Он вообразил себя раненным партизаном.
Дома у Князева они выпили одну двухлитровку пахнущей еловыми опилками мерзости, а затем принялись развлекаться: швыряли стаканами в стену (стаканы взрывались как гранаты, засыпая пол мелким стеклянным крошевом), гоняли кота, по глупости решившего, что сухой корм принесли для него, и выкинули в окно кастрюлю, чуть не лишив местное ЖЭУ штатной единицы в лице пожилой дворничихи. Потом подрались и легли спать. А утром все началось сначала.
Все началось сначала и продолжалось еще три дня. На четвертый коллекция сидоровской сестры прекратила свое существование, зато в ее бельевом шкафу, под трусами и лифчиками, нашлась денежная заначка. К этому времени шоферам на трассе надоело драть глотки на морозе, они соскучились по семьям и решили, что пора завязывать. Зайцы, лоси и геологи разбежались по своим лесным тропам, взревели моторы - и вскоре прилавки поселковых магазинов заполнили двухлитровые пластиковые баттлы отвратительнейшего джина "Маккормик", произведенного в Анкоридже, штат Аляска. Батарею этой отравы и увидел Князев в ближайшей торговой точке, куда отправился за добавкой с остатками денег. Его ротовая полость мгновенно заполнилась еловым вкусом, после чего он, облевав прилавок, бросился бежать. Он окончательно понял: беда обошла стороной, заговор если и был, то все равно не узнать теперь имя главного заговорщика. И еще он понял, что пора заканчивать. На время, конечно, но - пора.
Мы начали с носорога - им и закончим. Похмельный синдром терзал Князева еще четверо суток. Бессонные ночи, тупое ожидание рассвета и, наконец - опасные для жизни материализующиеся галлюцинации... Дверь трещала от ударов. Князев понял, что через минуту эта тварь его просто забодает - замок еле держался. Вот, сейчас... В дверях стоял Сидор. В руках он держал почему-то подушку. "Ты что ж, падла, не открываешь? Замок теперь чинить... Я эта, привет. Я спать к тебе пришел. Один дома боюсь: животные разные донимают, попугаи всякие. Летают, понимаешь, и срут. Летают и срут. И еще носорог, падла. Бодается...".
14:58 Приход из ЖЖ
Ха! И в РуНете есть аналог ЖЖ. Забавно. Видимо надо будет тут прописывать. А что же выживет дольше?
1...678