Суббота, 8 Сентября 2018 г.
22:12
Преподобный Силуан Афонский говорит: «Я много плакал от мысли, что если мы – монахи, отрекшиеся от мира, не спасаемся, то что же вообще творится в мире? Так постепенно скорбь моя росла, и я стал плакать уже слезами отчаяния. И вот, в прошлом году, когда я так в отчаянии, усталый от плача, ночью лежал на полу, явился Господь и спросил меня: "Ты почему так плачешь?"< ...> Я молчу... "Разве ты не знаешь, что Я буду судить мир?" <...> Я опять молчу...

Господь говорит: "Я помилую всякого человека, который хотя бы однажды в жизни призвал Бога". <...> Во мне пробежала мысль: "Тогда зачем мы так мучаемся на всякий день?"

Господь на движение моей мысли отвечает: "Те, что страдают за заповедь Мою, в Царствии Небесном будут Моими друзьями, а остальных я только помилую". И отошел Господь».
Воскресенье, 2 Сентября 2018 г.
00:01
Будучи богат, думай, сможешь ли ты достойно переносить бедность. Будучи счастлив, представляй, как с достоинством встретить несчастье. Когда люди тебя хвалят, думай, сможешь ли достойно переносить поношения. И всю жизнь думай, как достойно встретить смерть.

свт. Николай Сербский
Понедельник, 27 Августа 2018 г.
02:03
Человек должен заниматься тем, что ему по душе?

Глубоко убежден, что человек должен заниматься тем, что ему по душе. Земная жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на неинтересную для нас деятельность, если, конечно, вы не глава большой семьи и попросту должны её суметь прокормить. Но и в этом случае можно искать что-то по душе.

К выводу о том, что нужно заниматься тем, чем хочется, приходят люди, узнавшие, что у них… смертельный (или страшный) диагноз. Мне приходилось встречаться с подобным много раз. Только человек, которому сообщили, что у него, например, онкология, вдруг говорит себе: "Стоп! а чего это я продаю колбасу, если всю жизнь мечтал заняться фотографией?!" или "Всю жизнь я хотела петь, так почему же не научиться теперь?!"

И эти люди занимаются любимым делом. И частенько выздоравливают или получают поддержку в болезни, потому что деятельность, которая нравится, – огромный потенциал и ресурс, благодаря которому всё существо человека восстанавливается и чувствует себя лучше. И я думаю, что, похоже, человек в подобных обстоятельствах интуитивно чувствует, что ему нужно для выживания.

Протоиерей Константин Пархоменко
01:57
Профессия может не совпадать с призванием, но давать средства для его осуществления?

– На этот вопрос у меня нет ответа, кроме общих соображений о том, что:

1. Профессия не должна противоречить заповедям (киллер, порноактер и т.п. не имеют ничего общего с тем, из чего мы можем выбирать). То есть прежде, чем делать выбор положительный, хорошо бы сразу отсечь все недолжное;
2. Профессия может не совпадать с призванием, будучи средством для осуществления последнего. Скажем, человек может зарабатывать деньги, будучи бизнесменом, но душу свою вкладывать в создание галереи, впоследствии получившей название Третьяковской;
3. Случайность – это псевдоним Промысла, и если у вас появляется незапланированная возможность получить какие-либо навыки, изучить какой-либо язык, принять участие в каком-либо хорошем деле (не в ущерб иным делам), лучше попробовать. Потому что из этих вроде бы случайных опций может произрасти древо жизни, весьма отличное от того, что мы спроектировали сами себе;
4. В некоторых случаях наша профессия дается нам для того, чтобы мы перешагнули через неё и пошли дальше. О том, как это бывает, повествует предсмертное и совсем небольшое по размеру повествование Толкина «Лист кисти Ниггля», или «Лист работы Мелкина» – в зависимости от перевода на русский язык.


Иеромонах Димитрий (Першин)
00:08
...отец Софроний остерегался формулировать схемы или составлять системы, по опыту зная, что духовные переживания не могут быть очерчены узкими границами человеческой логики, и у каждого человека свой путь к Богу, соответственно его стремлению к совершенству. Но всё же иногда и отец Софроний прибегал к определенным образам и моделям, чтобы лучше проиллюстрировать свои идеи, касающиеся определенных духовных тем. Так, заметив, что некоторые феномены повторяются в жизни людей на протяжении веков, он разделял духовную жизнь на три отдельных этапа, или периода.
Первый этап – это посещение Духа Святого, когда человек заключает завет с Богом. Второй – это долгий и тяжкий подвиг после того, как Господь отнимает Свою благодать от нас, а последним является стяжание вновь и навсегда благодати спасения. Старец часто говорил, что это трехэтапное духовное путешествие было прообразовано в Ветхом Завете в жизни народа Божия – Израиля. В первый раз Бог посетил евреев, когда даровал им благодать прохождения через Чермное море после исхода из Египта. Затем последовали 40 лет испытаний и страданий в пустыне, когда Господь отнял Свою благодать от них. Наконец благодать возвратилась, и они унаследовали землю обетованную.
Старец подчеркивал тот факт, что духовный человек, совершенный человек проходит все эти три периода до конца. Обретая вновь благодать спасения в третьем периоде, он может теперь помогать себе подобным на протяжении этого пути подвигов. Он стяжал духовный разум и, по слову святого апостола Павла, не может быть судим никем, потому что руководится Духом Божиим. Как говорит отец Софроний, тот, кому удалось раскрыть свой ипостасный принцип, кто стал личностью, тот в состоянии правильно судить о любом опыте и переживании в духовной жизни, зная тайну пути спасения для каждой личности в отдельности.
Таким образом, путь каждого христианина к совершенству, к стяжанию подобия с Богом начинается с посещения первой благодати. Все мы пережили благодать первого периода или как младенцы во Святом Крещении, или позднее, сознательно, как монахи, или при монашеском постриге, или как священники при хиротонии, или просто в акте нашего покаяния, когда возвратились в лоно Церкви. Однако все мы утратили эту дивную благодать, пребывая в суете мира сего. Первое наше единение с Богом, завет, который мы заключаем с Ним, когда получаем первую благодать, наполняет наше сердце радостью, утешением Божественным и ощущением Бога. Отец Софроний называет ее пасхальной радостью. В этот период Господь скоро исполняет любое прошение, которое мы Ему подаем; мы не можем оставить молитву, сердце молится непрестанно, даже во время сна; нам легко любить ближнего нашего, верить в Бога, бодрствовать. Святой Силуан говорит, что всякий любящий Бога не может забыть Его никогда и непрестанно вспоминает о Нем и молится Ему, ибо Бог Сам заключил завет с человеком и человек – с Богом. Этот первый период духовной жизни поистине дивен и исполнен вдохновения, однако его благодать – незаслуженный дар, вверенный всем проявляющим и малейшую смиренную склонность сердца. Тем не менее это означает, что дар Божий не принадлежит человеку и скорее является богатством неправедным.
Первый период духовной жизни, однако, непродолжителен, ибо человек не в состоянии хранить благодать и непременно утратит ее рано или поздно. Хотя отец Софроний обычно не ставил границ для духовных переживаний, он заметил всё же, что период первой благодати может длиться от нескольких часов до, самое большее, семи лет. Затем начинается подвиг второго периода. Теперь Бог попускает нам пройти через тяжелые искушения и испытания, давая нам таким образом повод доказать свою верность Ему в неблагоприятных обстоятельствах и проявить свою признательность за дивные дары Его благодати, чтобы удостоиться полноты духовной жизни, полной части нашего наследия.
Хоть вначале действие благодати очень сильно, тем не менее естество наше не покоряется великой и совершенной воле Бога. Благодать притягивает наш ум вовнутрь и открывает нам великие истины духовной жизни, но это не значит, что они тотчас становятся нашими, потому что мы еще не в состоянии усвоить их. Мы еще падшие творения, естество наше разделено, и этот внутренний разлад становится очевидным вместе с утратой благодати. Та часть нашего существа, в которой начался процесс духовного обновления, следует ипостасному принципу, тогда как другая часть, ветхий человек, тянет в противоположном направлении.
Видение этого внутреннего конфликта исполняет нас недоумения и заставляет воскликнуть: «Как хорошо я чувствовал себя раньше, и какой сильной была молитва! Что со мной произошло?» Мы не понимаем, что наше естество еще подчиняется ветхому закону. Тем не менее, если мы делаем всё, что в наших возможностях, чтобы оставаться на ногах, как говорит апостол, наше естество и воля гармонизируются с новым законом благодати, пробужденным внутри нас ипостасным принципом. Динамичный, постепенный рост ипостасного принципа победит бремя естества нашего, еще не возрожденного, а смертное будет поглощено жизнью, чтобы воля Божия утвердилась в нас как единственный, истинный закон нашего существования.
Существует много способов, которыми мы, православные христиане, можем обновить внутри себя благодать Божию. Упомянем среди прочего: Таинство Исповеди, Святую Литургию, призывание святого имени Христова и чтение Священного Писания. В действительности всё, что мы делаем во имя Его, помогает нам вновь стяжать благодать.
В ходе многочисленных падений и восстаний и повторных опытов потери благодати мы учимся не отчаиваться, когда сокрушены, поскольку знаем, что, по великой Своей милости и любви, Бог наш скоро преклоняется на наш зов. А когда дела наши идут лучше, мы смиряем самих себя, ибо познали из испытания, как трудно сохранить подобное состояние.
Дух смирения обновляет сердце человека, в то же время укрепляя его душу и тело. Душевная и духовная сила проистекают из смирения и веры, изменяют всё наше существо действием благодати. Таким образом, наша душевная структура крепнет, и мы обретаем некую стойкость, помогающую нам преодолеть искушения.
Также чередование мгновений благодати и духовной сухости наделяет нас даром рассудительности, научая различать нетварное и вечное от тварного и преходящего, которое может сопровождать нас за гробом.
Таким образом, неотъемлемое стяжание благодати вновь, венец, подаваемый за борьбу, проводимую во второй период духовной жизни, даруется человеку тогда, когда он убедил Бога верностью сердца своего, что хочет принадлежать только Ему.
Третий период духовной жизни в общем краток, потому что открывается к концу жизни человека, но, в отличие от первого, он намного богаче благословениями Божиими. Его черты – это любовь и стойкость, а также глубокий мир, последующий за освобождением от страстей. Раны второго периода, которые мы получили, ударяясь о твердые скалы, научат нас быть внимательными, чтобы не навредить себе снова, и таким образом мы сможем лучше хранить дар, вверенный нам; но, как и тогда, можем его потерять, ибо человек подвержен колебаниям до конца жизни.

Архимандрит Захария

Источник: http://www.pravoslavie.ru/91462.html
Суббота, 25 Августа 2018 г.
21:11
Сегодня в храме стоят бабушки и матери, у которых растут девочки. И они приходят к нам и плачут, изливая свое горе: дочь влюбилась невесть в кого, замуж выскочила за негодящего, все у нее сикось-накось. Помогите мне, батюшка, чтобы дочь за хорошего человека замуж вышла, дайте мне такие молитвы.
Но какие мы можем дать вам молитвы? Молиться надо тогда, когда ваши доченьки и внученьки совсем маленькие, еще не успели от семьи оторваться, вот тогда должна быть вознесена молитва бабушки, молитва мамы и папы о том, чтобы Господь устроил жизнь дочери, внучки. И жизнь сына, внука тоже. Вот тогда надо молиться.
Скажите мне, чего вы, родители, желаете своим детям, которые вступают в брак? Вы желаете им счастья. Но скажите мне, что такое счастье? Как вы его понимаете, счастье? Вы часто, слишком часто желаете им того, что понимали как счастье в советское время: спокойной беззаботной жизни, обеспеченной материально, жилья, денег. Это ли счастье христианское — спокойная и сытая жизнь? Это ли понимание христианского семейного очага?
Нет, счастье — это когда в семье пребывает Бог, когда муж и жена оба верующие люди, когда в семье есть благочестие. Благочестие на базаре не купишь, благочестие есть истинная ценность христианской жизни!
Вот о чем должна молиться бабушка и мама — чтобы Господь послал вашей девочке не богатого мужа, а мужа благочестивого. Такой муж низведет благодать Святаго Духа на семью — на жену и детей, он даст возможность безбедно пройти по этой жизни, какие бы несчастья и трудности ни встретились на пути. Благочестивый муж, имеющий страх Божий, никогда не предаст свою жену, не бросит ее на произвол судьбы с детьми — иди куда хочешь, я нашел себе другую, молодую.

"Сам человек себя неотмолит. Больше мы должны молиться за других, а они, другие, будут молиться за нас. В этом союзе любви мы и спасёмся".

Протоиерей Андрей Ткачёв
Среда, 22 Августа 2018 г.
21:47
Древние христиане с самого юного возраста приучали детей к молитве и чтению Священного Писания. А теперь говорят : "Разве это детское дело? Это дело монахов и стариков, а детям нужны веселье и радость".
Забываете вы то, о чем писал Тихон Задонский : "Малое деревцо, куда наклонить его, туда и расти будет; новый сосуд будет издавать тот запах, каким напитаете вы его, вливая в него смрадную жидкость, или ароматную и чистую".
Вот если в душу малого ребенка вы будете вливать всякий смрад, она станет смрадной. Если будете вливать аромат Христова благоухания, то будут ваши дети благоухать перед людьми, будут радостью и утехой для вас. Примером вашим воспитывайте детей.

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)
Воскресенье, 19 Августа 2018 г.
23:53
Смотрите, не возмечтайте о себе паче, нежели подобает, чтобы не заставить Господа, любящего вас, принять в отношении вас смирительные меры.

Святитель Феофан Затворник

Суббота, 18 Августа 2018 г.
22:29
- Геронта, а почему люди, будучи тяжело больны, не умирают?

- Видимо, у них есть тяжкие грехи, потому и не умирают. Бог ждет, может быть, они покаются.

- А как же люди которых они мучают?

- Те кто не виноваты, откладывают на сберкнижку. Те кто виноват, погашают долги.

Преподобный Паисий Святогорец
00:40
Заповеди Моисея - это начальная школа. А заповеди блаженства - это уже институт.

Протоиерей Димитрий Смирнов
Среда, 15 Августа 2018 г.
01:39
Сегодня люди любят собак больше, чем людей. Машины любят больше, чем людей. Электронные устройства любят больше, чем людей. Общаться в контакте любят больше, чем "в реале". .. люди больны...

Живи по моде, верь в науку, смейся над прошлыми поколениями, обколись пирсингом по всей площади тела, спи с кем хочешь — и убеждай себя, что ты счастлив. Все равно душа будет и болеть, и ныть от этой неестественности. И ничем ты её, душу, не убедишь, пока не станешь жить правильно. Пока не захочешь взять на себя ответственность за чужую жизнь. Пока не отдашь свою жизнь в жертву...

Протоиерей Андрей Ткачев
00:45
Сегодня у искренне, скажем даже «пламенно», обратившегося к Богу, начавшего воцерковляться человека очень часто возникает вопрос: как жить дальше? Легко дать общий, такой, казалось бы, ясный и простой ответ: живи по-христиански, согласно с евангельскими заповедями. Но как это исполнить? — Дело в том, что у человека со временем появляется не дающее ему покоя ощущение, что вся его жизнь, ее строй, круг общения, работа, наконец,- это совсем не то, что могло бы позволить ему приблизиться к Богу. Условия этой жизни, требования среды, профессиональные требования, взгляды тех, с кем постоянно приходится иметь общение,- все это и на самом деле нередко вступает в противоречие с законом евангельским, не дает осуществить его во всей полноте, заставляет идти на бесконечные компромиссы. Что же делать тому, кто понимает уже хотя бы отчасти, как надо жить действительно по-христиански, но не находит в себе сил так жить в привычной ему обстановке? Неужели единственный путь — это совершенное удаление от мира, уход в монастырь, уход, более похожий на бегство с поля брани, бегство, которое если и бывает спасительным, то сопряжено тем не менее с чувством какого-то очень горького, трудно переживаемого поражения?
Мысль о монашеской жизни, о монастыре посещает многих христиан, в которых по обращении ревность к богоугождению бывает сильна; такой путь представляется закономерным, логическим выходом, освобождением от тех пут, которыми так или иначе связывает человека мир. В этой мысли о монашестве — проявление естественного для христианина максимализма: сама по себе она, разумеется, не несет в себе ничего отрицательного. Но вот что существенно: ради чего идти в монастырь? Для того, чтобы было легче, или — на подвиг? От того, как человек это понимает, многое зависит. Хотя, впрочем, как показывает сама жизнь, намерение человека поначалу может быть не вполне верным, однако впоследствии Господь его зачастую исправляет.
Монашескую жизнь нужно полюбить, понять. Это действительно лучшая жизнь, поскольку именно она дает человеку возможность максимально устранить от себя все, что могло бы послужить ему помехой на пути к Богу. Но это надо увидеть, чтобы сделать вполне осознанный выбор, чтобы уход в монастырь был не каким-то драматическим, вынужденным шагом, а сознательным, продуманным выбором, когда человек, не довольствуясь меньшим, стремится к большему, не удовлетворяясь относительно хорошим, стремится к возможно лучшему. А самое важное, должна быть воля Божия на то, чтобы человек решительно оставил мир и ушел в монастырь.
В жизнеописании известного афонского старца Ефрема Катунакского есть такой характерный пример. Некоторый молодой человек пришел к этому выдающемуся подвижнику, чтобы спросить, действительно ли ему стоит избрать для себя монашеский путь. Он ожидал, что прозорливый и наделенный многими благодатными дарами старец сразу же даст ему ответ. Но отец Ефрем вместо этого спросил юношу, какого святого тот более всего почитает. Юноша ответил, что почитает более всего святителя Нектария, Эгинского чудотворца.

— Вот и помолись ему,- посоветовал старец,- «Святый Нектарие, я не знаю, какой из двух путей больше подходит мне, но ты ведь святой и знаешь об этом лучше меня — просвети, чтобы я избрал правильный путь».

— А что дальше? Как я пойму, что отвечает святой и чего хочет Бог?

— Изнутри почувствуешь: к чему склоняется сердце в мире и покое, туда и следуй.

— А если, несмотря на это, я совершу ошибку?

— Святой, которому ты помолишься, тебя чуть-чуть подтолкнет туда, куда нужно.

Закономерен, конечно, вопрос, действительно ли этого, то есть молитвы, достаточно, чтобы узнать волю Божию, чтобы Господь откликнулся на обращение к Нему человека. Однако вся суть в том, что обращаться к Богу, молиться можно по-разному. И молитву искреннюю, сердечную, подкрепленную самой жизнью человека, Господь слышит всегда.

Такая молитва не может быть искусственной, придуманной. Она рождается в душе молящегося, который должен действительно возжаждать ответа на свой вопрос. Ему необходимо перестать интересоваться тем, чего хочет от него мир, чего хотят от него люди, отказаться от того, чего хочет сам. Он должен желать всем сердцем узнать, что угодно Богу, познание воли Божией должно стать для него решительной необходимостью, и тогда Господь откроет ее. Но откроет тогда… когда человек в сердце своем решится эту волю исполнить.

Игумен Нектарий (Морозов)
Понедельник, 13 Августа 2018 г.
02:29
Об умении «видеть духом» писал одному из своих духовных чад оптинский старец отец Варсонофий: «У нас кроме физических очей имеются еще очи духовные, перед которыми открывается душа человеческая; прежде чем человек подумает, прежде чем возникла у него мысль, мы видим ее духовными очами, мы даже видим причину возникновения такой мысли. И от нас не сокрыто ничего. Ты живешь в Петербурге и думаешь, что я не вижу тебя. Когда я захочу, я увижу все, что ты делаешь и думаешь. Для нас нет пространства и времени... »
Вторник, 31 Июля 2018 г.
15:21
Как в тяжёлой болезни не впасть в отчаяние и уныние?

Поболеть надо любому человеку, потому что страдающий плотью перестаёт грешить. Иногда у нас нет другого способа остановить течение грешных мыслей и действий, пока мы не заболеем. Вот, я например знаю по осуждению. Сойдутся, например, люди поговорить, обязательно начинают кого-то осуждать: тот- такой, та - такая, тот неряха, та глупая, тот гордый, тот жадный, тот дурной, тот косой... Стоит зубу заболеть, и уже ни про кого не интересно, ни слышать, ни говорить. Пока зуб не исцелишь, уже ни про кого не думаешь, только про зуб. Если человек иначе грешить не перестаёт, ему надо поболеть. Иногда очень святые люди болели, которые грешить не стремились. Например, преподобный Амвросий Оптинский говорил, что у него болит всё. Но при этом он оказывал духовную помощь огромной массе людей. Был в Киево-Печерской лавре Пимен Многоболезненный, тоже болел страшно, но при этом был бодр, весел и других исцелял. Грешники болеют, чтобы не грешить, болеют святые, чтобы дух свой закалить. Чтобы борьба со смертным телом, чтобы умирание тела через боль, чтобы она закалила дух человеческий. Человек, который хочет Богу угодить, в случае если он болеет, то ему не нужно больше ничего, кроме как терпеть болезнь и не роптать. Потому что здоровому человеку нужно в паломничество отправляться, каждое Воскресенье к службе ходить, посты соблюдать, милостыню отдавать, работать, поклоны бить, изучать Евангелие и прочее. А если человек болеет - с него снимается всё и остаётся только одно - не ропщи и терпи. Не отчаивайся, не унывай и смиряйся. Примите это - спасены будете. А если дёргаться - болезнь только тяжелее становится для человека.

Протоиерей Андрей Ткачёв
Воскресенье, 29 Июля 2018 г.
22:51
«Когда придёте на землю, которую Господь Бог даёт вам, посадите какое-то плодовое дерево, плоды его почитайте за необрезанные. Три года должно почитать их за необрезанные, не должно есть их, а в четвёртый год все плоды должны быть посвящены для праздников Господних, и только в пятый год вы можете есть плоды их и собирать себе все произведения его. Я Господь, Бог ваш». Такая заповедь. Сажаешь дерево, три года оно укореняется, растёт, завязывается, что-то там приносит. Три года вообще не трогай его, в четвёртый собери весь урожай и в храм отнеси, а на пятый год ты можешь его есть. Каким образом это нас касается? Это закон постепенного врастания в Божью жизнь. Люди, которые приходят к Богу впервые и вновь, они все горячие, они спешат принести Богу плоды, а плодов там еще быть не может, оно там еще все грязное, смешанное, вся муть со дна поднялась, и там нет чистой воды. Там много страстей, много глупостей, мало опыта, и вот Писание в данном случае нам говорит, что человек и дерево очень похожи. «Секира при корени древа лежит. Всякое древо, не приносящее плоды, будет срублено и брошено в огонь». Это же не о деревьях говорится, это о людях говорится. То есть ты живешь бесплодно, некрасиво, гнило, и все, топор при щиколотках. Дерево – это человек. Так же и здесь. Не спешите принести Богу плоды. Очевидно, очень длинный период времени, три года, ваши плоды вообще не годны. Вы там пыжитесь, тужитесь, что-то там рождается, но это вообще ерунда. Например, человек уверовал в лет двадцать и в монахи рвётся. Подожди ты с монахами, поживи в миру, походи в церковь, поработай… Что ты сразу стремишься к святости? Ты успокойся, научись чему-то. Какое-то время ты не годен ни для чего, ты еще смесь нужного и ненужного. Священником ты можешь стать и в 65 лет, куда ты спешишь? Тебе только 25 лет. А ты кто? Я дизайнер/маркетолог/айтишник. Ну и занимайся своим делом. Куда ты спешишь? Оно все негодное. Потом на четвёртый год нужно собрать это все и отдать, ещё тоже есть нельзя. А только потом будет вкусно тебе и людям. Есть такие законы вхождения в Божию жизнь, в полезность. Для этого нужно пройти какие-то стадии, как доктора учатся очень долго. Медучилище, мединститут, интернатура… И только потом получают врачебную лицензию, начинают лечить, присматриваясь к поведению старших коллег, читая соответствующую литературу, вникая в собственную профессию, а потом уже, глядишь, к шестидесяти годам становится светилом офтальмологии или гастроэнтерологии. Через него прошёл миллион человеческих душ и тел. И он уже понял. А что он сначала может? Ничего. Только может бинт повязать на рану или зашить что-то, и всё. Вот вам фельдшер-акушер, но не доктор. Потому нельзя спешить никому и никуда, нужно быть готовым на постепенные, медленные и серьёзные труды. А кто хочет сразу быстро заколоситься и плод принести, придётся рано умереть, во-первых, а, во-вторых, неизвестно, будут ли съедобны твои плоды. Нужно готовиться к тяжёлым трудам и не всё сразу можно есть. Это говорит нам принцип, заложенный в плодовых деревьях, посаженных на Святой Земле.

Протоиерей Андрей Ткачев
Пятница, 27 Июля 2018 г.
22:55
Человек, который не готов поплатится всей своей жизнью за то, чтобы стоять в правде, в верности, никогда не будет жить всей силой своей. Всегда его будет удерживать страх - как бы не погибнуть, как бы не пострадать, как бы не рискнуть больше, чем он готов.

Митрополит Антоний Сурожский
Среда, 25 Июля 2018 г.
14:32
Нет более безобразного места на земле, чем школа. Потому что приходит хороший мальчик из хорошей семьи в школу, и там его года за 2-3 его портят окончательно, порой навсегда. Потому что семья не может противостоять этому напору: хамства, воровства, всяких обид, издевательств и прочей гадости, которой наполнен всякий детский коллектив. Некоторые люди от этого закаляются, а некоторые идя путём конформизма ломаются, чтобы как-то себя сохранить. Взрослые замечают, что дети всё время врут. Почему они врут? Одни дети не хотят, чтобы их били за ту правду, что они совершили, а другие - чтобы ругали, а третьи - из зависти, причин много для вранья, но это такая форма защиты беззащитного человека. А потом это преобразуется в навык, и человек всегда врёт. И если человек идёт таким путём, то эта жизнь противоположна Евангелию, потому что такая жизнь рассчитана на то, чтобы приспособиться к тому обществу, в котором человек вращается. Ни один ребёночек за редким исключением не может победить класс, а в каждом классе верховодят самые подлые, самые невоспитанные, самые хамоватые, да ещё те, кто учиться не хотят. Поэтому к 4-му классу нормальный психически ребёнок полностью перестаёт хотеть учиться. И вот ребёночек находится между двух огней - классом и родителями. И это сражение бессмысленное, беспощадное и бесконечное. Разные есть варианты чем это кончается и ни одного хорошего. Вроде говорят, что отрицательный опыт - тоже опыт, но есть такие виды опыта, особенно для детской души - ничего в нём хорошего нет. Есть такой русский писатель Варлам Шаламов, который побывал в колымских лагерях, и он пишет о том, что от начала до конца этот опыт лагерный абсолютно отрицательный для человека. Потому что лагеря бывали разные. Вот Солженицын прошёл такой лагерь, что потом заявил, что всё, что в нём есть - он всему обязан лагерю, многому там научился, с хорошими людьми там встречался, развивался, умнел и так далее. А были такие лагеря, где просто полное расчеловечивание происходит, обстановка там настолько садистская, что человек перестаёт быть человеком, становится зверем, хитрым, подлым, лживым. Практически нет таких людей, которые могут это выдержать. Человек полностью теряет человеческие свойства и переступить готов через всё, его ломают, растаптывают... Господь про каждого из нас знает, насколько мы мерзостные люди и почему мы такие. Знает, какая в этом роль папы, мамы, дедушки, бабушки, каждого мальчика и каждой девочки в классе. Мы можем дурить голову только людям, которые на нас очень поверхностно смотрят, которые нами не интересуются. Господь же знает нашу наследственность до Адама. Он нас очень жалеет, потому что во многом виновато наше прошлое, вглубь тысячелетий. И это всё влияет. И только повстречавшись со Христом, человек может от этих оков освободиться... Никакое слушание музыки или рассматривание великолепных статуй, никакая красота природы не делает из человека человека. Это может только Благодать Божия, Которая может коснуться сердца только в результате покаяния. И больше ничего.

Протоиерей Димитрий Смирнов
Понедельник, 16 Июля 2018 г.
14:22
Всем вам известно слово "дерзость". Дерзкий человек - это человек, который берет на себя им самим присвоенное право или власть что-то требовать, делать или чтобы что-то делали ему. Есть слово "дерзновение" - это другое слово, другое понятие, хотя очень близкое по смыслу, но очень противоположное. Я прошу это различать. Дерзости не должно быть у человека. Если он зачем-то идет к начальнику, дерзит старшим, например, ребенок родителям, учителям, качает права - это дерзость. Дерзких бьют по носу, по шее рано или поздно, что в принципе хорошо, потому что дерзость это плохо. А дерзновение это очень хорошо. Это заработанная смелость. Дерзость это ничем не оплаченная наглость. Дерзновение есть у каждого человека, который сделал что-либо выдающееся. Например, юродивые или великие святые отличались особой смелостью чудотворной в своих молитвах. Почему они себя так ведут и почему вымаливают у Бога все, что ни попросишь? Потому что они оплатили это право разговаривать с Богом смело и требовать от него своими понесенными ради Бога страданиями. Например, мученики - они с великим дерзновением стоят перед Господом и говорят Христу своей жизнью, что Ты умер за нас, а мы умерли за тебя. Мы ради тебя себя не пощадили, нам сделали это, это и это, мы потерпели Тебя ради. Пожалуйста, сделай нам это, мы просим Тебя. Христос никогда не отказывает на просьбу мучеников, потому что они имеют дерзновение перед ним. Это очень великая вещь. Почему мать имеет великую силу молитвы за детей? Потому что она чуть не умерла, когда рожала. Кровь пролила. Фактически она равна воину. В некоторых культурах считается, что рожавшая женщина в нравственном отношении равна тому, кто шел в атаку с оружием в руках. Поэтому известна материнская смелость, когда она за ребенка готова все сделать, материнское дерзновение в молитве к Богу за детей. И следует различать дерзновение и дерзость. Дерзновение это оплаченная смелость трудами. Дерзость это ничем не оплаченная наглость которая рождается от убежденности, что я имею право потому что я имею право. Если вы не имеете дерзновения, если вы ничем никому ни за что не заплатили, никакими тайными подвигами и никаким терпением, болью, страданием, то наше дело быть кроткими, спокойными, наше дело быть бездерзновенными. Если вы сделали что-то выдающееся, у вас есть право выйти вперед и сказать: "Я требую" - это будет законное дерзновение. Подумайте об этом. Может быть, это заполнит несколько минут вашей жизни полезными размышлениями.

Протоиерей Андрей Ткачёв
Суббота, 14 Июля 2018 г.
22:07
Однажды плакала в храме женщина: мать у нее уже совсем из ума выжила, под себя ходила, а потом по стенке рисовала, как ребенок. "Устала,- говорит, - от нее, довела меня до белого каления! И уж не знаю, как это у меня вышло, но ударила я ее, батюшка, а в ночь она у меня умерла. Как будто специально все было подстроено". Не хочу никого осуждать, ухаживать за больными родственниками – это крест.
И в то же время все, что Господь нам посылает, посылает для нашей же пользы. Ведь нам надо так жизнь прожить, чтобы на выходе человеком стать. А для этого нужно сперва в себе Кощея победить, а потом уже лягушачью шкурку жечь. А это непросто. Вот кается человек перед смертью, плачет, говорит, что сожалеет о грехах прошлого, но этого мало. Разве станешь человеком, не преодолев в себе
грех, разве научишься чему-либо без многих трудов? Подвиг нужен. Рай и ад начинаются на земле.
Ухаживая за старыми и немощными, мы, прежде всего, сами становимся сильными, терпеливыми, милосердными, самоотверженными. А если начнем подрезать стариков и больных, то и не заметим, как все это душегубство на поток поставим. В кого же тогда превратимся? Посмотрите, реклама нам вдалбливает: живи для удовольствия. Но разве цель жизни только в кайфе? Тогда идеал – это наркоман с глазами под лоб. Жизнь – вещь крайне жесткая. Из нее все больше уходят способность сопереживать, жертвовать чем-то значительным для себя. Мы слишком привыкли к удобствам. Мне кажется, когда придет антихрист, ему будет достаточно отключить в домах свет и воду, и мы на коленях к нему поползем.
...Пришел к одной женщине, ее старенькая мама уже десять месяцев лежала, совсем впала в детство. Все это время ее дочь каждый день после работы бежала в дом матери убирать, стирать, кормить, подмывать, а потом домой – там семья. И так все десять месяцев без выходных. Я спросил ее: "А почему бы тебе не сдать мать в дом престарелых? Сдашь – и никаких забот". "Ты что говоришь, батюшка, это же моя мать, сколько времени она за мной ходила, как же я ее сейчас предам?" Через несколько дней бабушки не стало. Пишу и вспоминаю разговор с этой женщиной, ее усталые глаза, натруженные руки с набухшими узелками вен. Время прошло, но до сих пор, когда вспоминаю нашу встречу, у меня не исчезает желание, возникшее тогда, - поклониться и поцеловать эти руки.

Священник Александр Дьяченко
18:06
Некоторые думают: что бы мне такое устроить, чтобы спастись? Акафисты читать, поклоны делать, ездить по монастырям? Исполняй хорошо то, что тебе поручено Богом: веди свою семью, занимайся детьми, делай ту работу, на которой ты работаешь, так добросовестно, чтобы Бог радовался, — и хватит этого, ничего не нужно выдумывать. Но свое, постоянное, делать трудно. Трудно не раздражаться — значит, я буду продолжать раздражаться. А чтобы как-то свою совесть успокоить, я уж лучше в монастырь съезжу, сто рублей подам там на поминовение. Сам поступок вроде неплохой, но было бы в тысячу раз лучше, если бы делал человек то, на что он Богом поставлен, а не искал другого пути. В монастырь съездить, конечно, неплохо, но еще лучше кротко и смиренно терпеть все обстоятельства, которые происходят там, куда Господь нас Сам поставил. Вот и получается, что мы мечемся в поисках спасения, а спасение-то рядом... оно рассыпано везде. . .

Протоиерей Димитрий Смирнов